1 ИЮНЯ 2020 — 15 ИЮЛЯ 2020, ВЕСТЕРОС
soundtrack: 65DaysOfStatic - Drove Through Ghosts To Get Here

"Сжечь их всех!". Вестерос погружается в хаос. После казни лорда Рикарда Старка силы Ночного Дозора удерживают территорию севера, готовясь подавить восстание северян. Лианна Старк до сих пор не найдена. Беспорядки, начавшиеся в Дорне 27 июня, набирают обороты, увеличивая число человеческих жертв и масштаб разрушений. Братство Королевского Леса представило Вестеросу свой манифест.
g&g в поисках Оберина Мартелла g&g в поисках Лорда-Командующего g&g в поисках Узурпатора

glory and gore

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » glory and gore » king's landing » simon toyne [kingswood brotherhood]


simon toyne [kingswood brotherhood]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://i.imgur.com/Sys86KQ.png

You can’t un-fuck what’s been fucked.

SIMON TOYNE, 447, JAMES MCAVOY
саймон тойн

принадлежность к клану | лояльность: некогда обращён главой клана Тойн, чьим преемником позже стал, заняв его место, некогда же верно служил  клану Баратеон | на словах всё ещё верен Баратеонам, на деле — как паразита и любимое дитя вынашивает в себе идею для детей Братства Королевского Леса, дополняя отсутствием морали и желанием наказать всех и вся.

родственные связи: единственный живой (условно и относительно) представитель почти забытого клана Тойн.

род занятий: ворочал делами во главе крепкой и славной Toyne Industries, добывающей уголь, аккуратно и вежливо прощупывал почву вокруг и тянул лапки дальше; к настоящему моменту крепко укрепился как организатор разномастных боёв, от петушиных до человеческих, собирает по крупицам нужную информацию и после продаёт и перепродаёт, часто, под разными именами и от лица разных посредников мелькает на чёрных рынках всех мастей, запустив лапы сразу в несколько сфер, от запрещённой у людей и не только фармацевтики до человеческих рабов (ходят слухи, что мистер Тойн за определённую цену, индивидуальную для каждого, поделится донорской кровью из будто бы бездонного неофициального запаса, а в крайнем случае расскажет, где и как лишний пакетик найти).
отличительные черты, особенности: погряз в остатках некогда цельной, устойчивой и спокойной личности; давно закрепил за собой звание существа спонтанного и способного на всё (на самом деле это, конечно, не так); запоминается: видимым отсутствием инстинктов самосохранения, яркой агрессией, улыбками, усмешками, прищуром тёмных глаз, громкостью; тщательно собранный образ мозолит всем глаза и выходит на первое место; осторожен, подцепил от кого-то лёгкую паранойю, привил себе любовь к запаху гари, взрывам, хаосу и беспорядкам; смертные на вид дают ему не меньше тридцати лет, тогда как посмертно Саймону было едва двадцать четыре; как только стало возможно, начал питаться исключительно донорской кровью, однако в последнее время полностью перешёл на живую кровь прямиком из артерии, при этом с любопытством ребёнка намешивая в крови человека разнообразные наркотические вещества и сравнивая собственную реакцию.

http://funkyimg.com/i/2vXk5.jpg
биография: Это можно было бы назвать деградацией личности, если бы не одно “но” — Саймон Тойн после случившегося, когда точка отсчёта сорвалась под ноль, не растерял умственных способностей. Границы и рамки, до этого чётко очерченные, обозначенные и являющиеся чем-то вроде моральных ориентиров, сначала размылись в дрожащие линии, а после — рухнули вовсе.

SYSTEM STATUS: loading ... > pending network connection ... > searching: SIMON ... > loading data ... > CONFIRM

Саймон скажет, что не помнит. Не помнит, что его отец был фермером (нет, ни егерем, ни лесничим, ни охотником). Не помнит, как отец долго и некрасиво умирал от какой-то болезни. Не помнит взгляда Сира, тогда ещё, казалось, просто таинственного человека из высших слоёв общества. Не помнит, как старший брат увлекался охотой — да так люто, что однажды просто не вернулся. Не помнит, как трудно это — когда всё хозяйство на тебе, потому что мать не может разогнуть спину. Не помнит, как в одиночестве чуть не помер с голоду — ферма стояла слишком далеко от маленькой деревеньки, Всё стадо передохло, урожай не вышел. Сир был благосклонен. Сир честно сказал, что полюбил их маленькое семейство почти как своё.

Тойном Саймон стал не сразу — сразу попросту себя не признал, сказать по чести. Это было как в тумане, словно пытаешься двигаться в каком-то мутном киселе. Воспитываешь свору собак в самом себе — жажду. выдержку, лютое желание прогрызть свои же сухожилия. Это ничего тебе не даст, — так скажет Сир с улыбкой.

За долгие годы обучения Саймон прорастает насквозь практически новой личностью. Он набирается терпения, учится слушать и выслушивать, учится не болтать понапрасну и помогать ближнему своему. Сир Тойн делает из своего дитя своего наследника, готовя к этому весь клан — “малыш Саймон” встанет однажды во главе, потому что Сир так решил. Слово Мастера не осуждается и не обсуждается.

Саймон рождается заново тогда, в свою первую неделю в другом воплощении. Учится долго и с любовью. Впитывает как губка. Встаёт на место главы клана, перешагнув порог в двести лет — Сир становится за его плечом, помогая и направляя, не оставляя в одиночестве. Саймон трепетно разделяет политику Баратеонов, принимая их помощь там, где понадобится, помогая там, где необходимо. Саймон — само великодушие. Он улыбнётся, молчаливо поддержит, не будет настаивать, но и не оставит в беде. Саймон — сокровище. Сир гордится им. Совсем не мешала Саймону его сущность — он слился с ней, как со второй кожей. Живо интересовался людьми, стоило только всему людоскому в нём отойти на второй план; собирал коллекции книг самых разных, читал их все обязательно, будь то трактат по астрономии или легкомысленный роман о любви госпожи и раба.

Современность окутывает постепенно, словно окунаешься всё в тот же туманный кисель. Саймон Тойн — добросовестный руководитель во главе крепко сплочённой команды. Под его началом почти нет жалоб, сотрудники в прошлом небольшого предприятия, а ныне довольно крупной угледобывающей компании практически всем довольны. Нет худа без добра, конечно, но от этого только спокойнее — идеал, наверное, вызывал бы куда больше опасений. Саймон всё ещё любопытен, как и четыреста лет тому назад. Он осторожен, но внутренний ребёнок не издох в море, пережил случайные часы на солнце, попытку голода, множество утрат и ошибок. Внутренний ребёнок просит — попробуй протянуть руку чуть дальше.

Рука попадает в капкан.

> SEARCH STATUS: completed > show data? / YES
> SEARCH: ... patience
> SEARCH: ... baratheons
> SEARCH: ... devotion
> SEARCH: ... family
> SEARCH STATUS: ACCESS REQUEST FAILED > CRITICAL ERROR > continue search? > YES

Даже если твои карты весят тонны, созданы из железобетона и прошиты железными сваями, даже если твой карточный домик склеен насмерть кровью, потом и слюнями, даже если ты аккуратен и хочешь всем вокруг только, мать его, равенства и братства — ничто не спасёт тебя от роковой ошибки и желания “ближнего твоего” стереть тебя же с лица земли. Саймон Тойн оступался множество раз за четыреста с лишним лет своей жизни. И лишь однажды он переступил черту, к которой не имел, как оказалось, права даже подбираться близко. Таргариены не терпят, когда лезут в их владения. Сир аккуратно шелестел на ухо — не лезь, Саймон, зачем тебе, тебе хватает всего. Саймону было любопытно. За любопытство он отплатил. Даже если дракон не смотрит в твою сторону, он наверняка видит, чем ты занимаешься.

Видят боги, Саймон этого не хотел.

Кошмар разворачивался спиралью, разбухал кровавым цветком, впивался в голову тончайшими пальцами ужаса — казалось, такого не может испытать никто. Это не прекращалось, пока не осталось ничего. Тихая компания превратилась вдруг в аппетитный кусок мяса для инстанций каждого порядка — совали нос все, пытаясь разглядеть малейшее пятнышко. Долги, проверки, снова проверки, опять долги. Всё? Не так-то просто будет отделаться. Саймон не успевал выныривать из одного одуряющего кошмара, вызванного усталостью, как попадал в другой, наяву — братья и сёстры погибали один за другим, словно в череде случайно снятых роликов о нелепой случайности. Заголовки жёлтых газетёнок и крупных изданий пестрили именем его клана, его собственным именем. Грязь охватывала щиколотки, поднималась выше, заливалась в ноздри, отдавая привкусом чистейшего дерьма.

Ты просто так не отделаешься, Саймон.

SYSTEM STATUS: reloading system ... > checking volumes ... > continue? / yes > searching: TOYNE ... > ERROR

Всё закончилось слишком быстро, пожалуй. Так он скажет после. Скажет ещё: “если вампир рождается дважды, в смертной жизни и в кровавой, то я родился трижды”. Третье перерождение было пустым, со вкусом пепла, с запахом гари, бумажной пыли и мокрых старых газет.

Саймон не смог найти себя. Зато нашёл других.

План был предельно прост — уничтожить всех. Собранное по крупицам сознание напоминает пошитую двести раз куклу, с которой дитя не хочет расставаться с самой колыбели. Саймон говорит, что не помнит; не помнит, как на коленях. в отчаянную последнюю минуту, просил у Ланнистеров смехотворные и громадные суммы, а те отвечали отказом; не помнит, как Баратеоны печально улыбались и помогали лишь хоронить собратьев — то, что от тех осталось (если осталось вообще). Саймон не помнит, как проснулся и не нашёл в себе терпения, покладистости, желания найти компромисс и сгладить конфликт.

Это была одна большая проблема — город вокруг и дети ночи в нём. Саймон решил — все до единого, те, кто предал, отказал, отвернулся, все они должны сдохнуть в мучениях, зная, что он, Саймон, выжил, выстоял, не скатился в слюнявую пучину сожаления к самому себе.

Про Самона Тойна говорят — чудовище, неспособное на прощение. О, он умеет прощать. Не всегда, не всех и не везде, конечно. Большинство попросту не заслужит. Саймон не строит долгоиграющих планов. Он просто уходит с головой в ту яму, которую не видят задравшие голову Высшие, мать их, Кланы. Там, в этой яме, окуная руки по локоть в грязь, дерьмо и кровь, Саймон находит сокровище — отвергнутых отбросов, бастардов, людей, которые безоговорочно согласны на всё, если дать им в руки канистру бензина и коробок спичек; вампиров, жрущих плоть с трупов и готовых превратить каждого на своём пути в такой же труп. Ему не нужно много времени, он помнит, как строить бизнес — разномастные подвалы херового качества приносят доход, когда кто-то собирает ставки на очередную смерть в круге; неучтённая донорская кровь — литрами; вам девочку, мальчика или ту старушку с усиками над верхней губой? — только заплатите, и любой товар ваш (никто не спросит, что стало с очередным человеком, которого тут, в декорациях из картона и бедности, дети ночи считают рабом).

Саймон улыбается каждому из Баратеонов, говорит, что виноват сам, исключительно он один и никто более, говорит, что ни в коем случае не держит зла. И это определённо не он причастен к десятку мелких пожаров, двум взрывам где-то на окраине, пропавшим детям и матерям.

Саймон — жертва, заложник ситуации с оскаленной пастью, прозрачным взглядом и обидой, которая переварила все его внутренности, пережевала кости и выплюнула наружу не личность, а существо и чудовище.

http://funkyimg.com/i/2vXk5.jpg
дополнительно*: Искренне и честно любит животных, птиц и Дискавери по кабельному. Строгие костюмы сменил на пальто, сиюминутные наряды, мультяшные пижамы дома; аккуратную, вылизанную комнату — на серый, сырой лофт, заваленный коробками, книгами (всё так же любимыми), десятком клеток, часть из которых пуста, ещё часть — временное пристанище для птиц, иногда вылетающих в окно и не возвращающихся. Обожает кутаться в одеяло, пробовать секс, кровь с примесью наркотиков и громкую, слишком громкую музыку. Не сможет поддержать дискуссию о кино, но запросто окунётся в обсуждение любой известной ему книги — от истории и географии местных земель до захудалого желтостраничного детективчика. В дальнем ящике на кухне держит собачий ошейник, который не носила ни одна собака. Громкий, жестокий, для кого-то даже страшный — сгусток противоестественного обаяния. Искренне любит и ненавидит тех, кто встал с ним под несуществующие знамена Братства, называя их своими нерождёнными детьми и никак иначе.
Помимо умения петь громко, не попадая по нотам и невпопад, надоедая случайным слушателям, пристрелялся к холодному оружию по местным тирам.

пример поста

Будущее, ещё недавно маячившее на горизонте обязательной победой, перестаёт существовать. Оно трансформируется в утекающие секунды, в настоящее, которое тут же становится прошлым. Поезд на реактивной тяге, со словами «победа любой ценой» по всему корпусу огромными буквами, на максимальной мчится вперёд, встречаясь с глухой стеной. Стене похуй — она выстоит в любом случае, покроется трещинами, но выстоит. Будущего больше нет. Инициатива в глазах Габриэля стремительно теряла смысл, заменяя радость и удовлетворение от победы и подавления восстания недоумением и злостью. Злости у него всегда было хоть отбавляй — её можно было загребать руками, засовывая их по локоть в вязкую кровавую жижу. Собственное недоумение от происходящего загоняло в угол и мешало принимать осмысленные, правильные решения. Глухое раздражение от разворачивающейся по спирали ситуации грызло изнутри.

Тучи разошлись, горизонт снова был безоблачен и чист; яркое пятно солнца маревом выбеливало глухую стену и остов разбившегося вдребезги поезда, который Габриэль долгое время считал своим будущим. Нихрена, конечно, подобного. Будущее оказалось почти таким же на вкус, как и один из серых дней посреди войны. Со спокойной совестью можно было считать, что будущего нет. Удивительно, как некоторые поддаются войне, растворяются в ней, а некоторые проходят насквозь и выходят сияющими, чистыми, пусть и измазанными в грязи по самые уши — изнутри, конечно. Габриэль малодушно причислил себя к первым — без войны у него почти ничего не осталось. Награждение, ещё одно, ещё одно. Разговоры, улыбающиеся лица. Джеку улыбались открыто и добродушно, Габриэлю — сдержанно и вежливо. Тупая привычка заметить особое отношение к себе превращалась в параноидальную зависимость — Рейес ещё не понимал до конца, но чувствовал кожей, как происходит что-то нехорошее.

На него переставали обращать внимание, словно закрывали глаза. Габриэль ждал удара откуда угодно; пожалуй, он даже был готов в некоторой степени к принудительно-добровольной отставке. Решения, которые он принимал в ходе войны, нельзя было назвать гуманными — страдали не только омники, которым страдать было самое то, но и гражданские, находящиеся в неподходящем месте, солдаты, которых Гейб отправлял в гущу событий. Пока Моррисон поддерживал дух команды и был рядом, пока можно было положиться на него, Ану и Рейна, Гейб был уверен в своих решениях. Жёстких, опасных, местами жестоких, но правильных.

По всему выходило, что картинка складывалась нелицеприятная. Джеки всё так же улыбался, Адаве смотрела только на него, закрывая глаза на весомые, заметные заслуги Рейеса в этой победе. Мать говорила ему быть мягче. Когда-то давно. Видимо, становиться мягче, когда тебе скоро сорок, уже не вариант.

(Хотелось обратно на войну.)

В перелёте от штаба до Луизианы Гейб решил, что на время ему абсолютно плевать на то, что происходит и что будет дальше. Задача, которую надо решить, напарник, которому доверяешь чуть больше, чем полностью, и жаркий Лаплас.

///////

Луизиана напоминала родную землю. Не считая, конечно, явной разницы во влажности. С утра над болотами поднялся туманный пар, позже растянувшийся крупными хлопьями по дальним поймам. Приземистое, вытянутое одной линией здание с несколькими пристройками навевало воспоминания о трущобах на задворках Мексики — только омники внутри говорили о том, что на дворе уже давно не начало двадцать первого века. Местные, знающие об инциденте, словно не придавали ему значения — удивительная леность и праздность, заразившая весь штат и пульсирующая лоснящимся пятном в Новом Орлеане. Уже возвращаясь к Джеку, Габриэль наткнулся на старика-фермера, покрывающего ровным, безэмоциональным слоем мата идущую рябью воду в заводи. От Рейеса старик отмахнулся, даже не обернувшись. Его ферма была метрах в пятистах от производства. Удивительное рядом. Хоть книгу составляй. Шериф, утром согласившийся на сутки вверить ситуацию «экспертам», кажется, взялся за дело радикально — ни патрулей, ни местных полицаев, никого.

— Сдаётся мне, эти железные ребята из тех, кто сомневался в восстании до самого конца. И чуть запоздал с радикальными мерами, — Рейес, усмехнувшись, мягко хлопнул Джека по плечу, опускаясь рядом. Во рту и в горле было липко. — Если они и дальше продолжат сидеть там так, словно их и нет…, — неопределённо махнув рукой, Гейб потёр шею и прищурился, глядя сквозь солнечную рябь на выцветшую кирпичную кладку. Прошлый век, не иначе. — С левой стороны здания пожарная лестница, лучший вариант — если начать со второго этажа этой развалюхи, то получится в лучшем виде. Омники — местные рабочие, может, получится, — он цокнул языком и усмехнулся, ловя взгляд Моррисона, — взять всех без жертв. Людей — трое. Две женщины и мужчина.

К омникам Габриэль относился… никак. Ни раздражения, ни ярости, ни ненависти, ни отвращения — ничего. Главное, как оказалось, перестать реагировать на каждую железяку как на врага народа — некоторые из них вдруг правда захотели мира, проявляя недюжее радушее и рвение в этом вопросе. Одни вот только бунтующие создавали проблемы. Да и то… судя по этому случаю — через раз проблема оказывалась почти смехотворной. Кажется, куда больше шуму они бы тут наделали, заявившись не вдвоём, а целой боевой группой.

— Давай ещё несколько минут и пойдём знакомиться, — поправив разгрузку, Габриэль дёрнул плечом, чуть обернувшись — со стороны фермы раздался всплеск и громкий, отборный мат на испанском. Местные и аллигаторы представляли какой-то праздник сюрреализма своими отношениями. — Быстро управимся — с меня выпивка, — добавляет уже тише, всё так же улыбаясь и оглядывая мутные толстые стёкла заглохшего производства.

Отредактировано Simon Toyne (2017-08-25 00:31:15)

+9

2

11 августа 2019 // public humiliation with Rhaegar
27 декабря 2019 // don't be so serious with dear Ben-Ben
6 января 2020 // when anger shows with bloody Knight
2*3 июня 2020 // hocus pocus with baby Oswynd
7 июня 2020 // smother/suffocate with sweet Janna

Отредактировано Simon Toyne (2017-09-27 13:18:41)

0

3

“The past is never dead. It's not even past.”
11.08.2019: компания стремительно теряет деньги, статус, инвесторов, работников; от клана Тойн почти ничего не осталось; попытка принять последние отчаянные меры с треском рушатся по воле случая и драконьего принца.
13.08.2019: малыш Освин знакомит остатки сира Тойна с Бендженом Алгудом.
19.08.2019: предложение Бенджену о сотрудничестве, от которого сложно отказаться™.
27.12.2019: очередная встреча с Алгудом, расширение своеобразного бизнеса, заполучение в свои руки нелегальной донорской базы прямиком от почившего смертного, начало работы с неучтённым банком крови.
6.01.2019: тесное знакомство с Улыбающимся Рыцарем, Богоявление; Партия первая.

1.06.2020: созыв Братства.
2(3).06.2020: в Вестерос по личной просьбе папочки Тойна приезжает Освин Трант.
7.06.2020: птичка Янна вербуется как информатор во благо Братства и хаоса.
18.06.2020: Kingswood Brotherhood Addresses to Westeros — удачно поставленная презентация Братства Вестеросу. (Теперь о нас знают, детки.)
27.06.2020: члены Братства кормят демонстрацию в Дорне отборными потрохами, превращая её в разрушительные беспорядки с настоящим количеством жертв.

Отредактировано Simon Toyne (2017-09-28 23:32:01)

+1

4

локация Братства:
Заброшенный лунопарк "Лунные горы" (The Mountains of Moon) в районе Простора, недалеко от здания Национальной библиотеки. Визуальное вдохновение — Spreepark в Берлине.

вдохновиться и начать завидовать.

http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_48.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_46.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_49.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_44.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_42.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_43.jpg.CROP.promo-large2.jpg
http://www.slate.com/content/dam/slate/blogs/atlas_obscura/2014/01/16/spreepark_in_berlin_is_an_abandoned_theme_park_with_an_outlandish_history/photo_47.jpg.CROP.promo-large2.jpg

0


Вы здесь » glory and gore » king's landing » simon toyne [kingswood brotherhood]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

Игра Престолов. С самого начала ADS: «Bloody Mail» Рейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлого STRANGE THINGS Henrietta: Altera pars photoshop: Renaissance